Никто не заказывает коктейли

Фрэнки работал барменом. На самом деле его звали Федор Степанович Калачов, но с таким именем сложно быть барменом.
У Фрэнки была борода, у Фрэнки была душа. В душе содержались несколько музыкальных альбомов, горький запах старинной библиотеки и локон девочки Полины, который то завивался, то блестел на солнце, а то и пропускал через себя свет того особенного утра, которое иногда случается при неиспорченной любви. Вы, должно быть, знаете об этом. Хочется курить, хотя не куришь, хочется вырастить своими руками кактус, хочется убивать во имя, хочется обнаружить астероид в окне спальни — все это понятно, очевидно, скучненько. Каждый день Фрэнки подходит к обтянутой желтой кожей двери. Два замка. Ключ заедает. Включает свет. Включает чайник. Приходит Наташа. Потом остальные. Потом завтрак. Потом первые посетители серыми от недосыпа ртами просят яичницу. Никто не заказывает коктейль до 11 утра. Можно мечтать.
— Извините.
— Мм.
— А можно винную карту?
(Сноб. Неврастеник. Пижон. — Кто еще так разговаривает?)
— Кофейные коктейли вон там. Виды чая в общем меню.
— Разве я похож на человека, которому нужен кофейный коктейль?
(Похож на учителя физики старшей школы.)
— Хех.
— Я бы хотел «Кровавую Мэри».
— Ага.
— И еще 100 коньяку. С лимоном. Лимон у вас хороший?
(Сурово.)
— У нас все хорошее, не только лимон.
— Понимаете, — предполагаемый физик поморщился. — От меня жена ушла.
(Бывает. Сейчас начнется.)
— А можно телевизор включить? А то тихо.
— Как хотите.
Пока Фрэнки искал томатный сок в необъятно пивном холодильнике, немолодой человек рассматривал свой рукав. Рукав был потертым, на нем бы уютно смотрелась зеленая сороконожка.
— Хорошо тут. Я здесь впервые.
— Мм.
— Я не очень часто пью, вы не думайте.
— Я и не думаю.
— Просыпаюсь утром, а Катерины нет. Нигде нет, понимаете. И пальто нет.
— Мм.
— Она давно собиралась. Ссорились. Понимаете, мы когда познакомились, она же ни в грош меня не ставила. Смотрит и молчит. И все. А вот когда я из армии вернулся, тут и началось.
— Еще?
— Да, еще грамм 50.
— Любил я ее. Прихожу с работы, а она сидит в своем коротеньком халате и книжку читает. Или журнал. Так я замру в дверях и смотрю. Как она дышит...
Фрэнки скучал. По какой причине люди считают себя персонажами голливудского фильма? Выпивка дает право болтать, даже дает право выслушивать, выслушивать, но не сочувствовать.
— И всегда такая серьезная. Во всем. У нас был кот, она его Эрнестом назвала. Я его, ясное дело, больше Василием звал, так она обижалась...
Терпения, немного терпения.
— Что-нибудь еще?
— Нет, нет, все. Сколько с меня?
— Двести тридцать.
— Спасибо вам.
— Да не за что. Вам бы домой. Дождь начинается.
— Я лучше пройдусь. У меня жена ведь ушла, вы знаете.
И ушел.
Дождь действительно начался. Сначала капельки, потом капли, потом настоящая дробь. Посетителей не было. Неприятная тяжесть давила голову.
— Чувак, какого ты тут киснешь?
— Я не кисну, я работаю.
— Ага, давка, просто яблоку упасть некуда.
— Галь, ну не всем же в Beer Berry зависать.
— Я, собственно, чего зашла. У Рыжего в среду днюха. Пойдешь? Насчет подарка уже подумал?
— А куда денусь. Рыжий мне голову откусит.
— Кстати, а к тебе тут дед не заходил?
— Дед?
— Ну, мужик, потертый такой, интеллигентный.
— Допустим, заходил.
— Его к тебе Рыжий и отправил. Задолбал ибо.
— Да обычный такой дядька. Выпил, поговорил и тихо убрался.
— Так в том-то и дело, что он второй год так ходит.
— Второй?
— Ну да, у него в прошлом феврале жена умерла. Так он и свихнулся. Родня его уже и на могилу возила, и к бабке — не верит и все тут. Говорит, а вдруг она вернется. Так что ты насчет подарка думаешь?
Категория: 2014 год | Добавил: Jen (13.10.2014)
Просмотров: 1227 | Теги: Евгения Баранова, проза, реализм, современная проза, Джен